История создания и разрушения института азотной промышленности в Каменском. Часть II

Продолжение истории Украинского государственного научно-исследовательского и проектного института азотной промышленности и продуктов органического синтеза (УкрГИАП)

В силе и славе

Иван Иванович Барабаш руководил институтом дольше всех директоров – 35 лет. О таких людях говорят: «Сделал себя сам». В 1963 году он пришел в Днепродзержинский филиал ГИАП молодым специалистом после Днепропетровского химико-технологического института и сделал стремительную карьеру: в 1969 году — главный инженер проекта, а в начале 70-х – заместитель главного инженера.

На середину 70-х годов приходится колоссальный объем проектных работ и авторского надзора. Чтобы оптимизировать работу, новый директор организует комплексные отделы на местах строительства новых производств: в Горловке, Одессе, Череповце и Липецке. Он сам присматривает молодых специалистов для института – входит в комиссию по приемке дипломных проектов в ДХТИ.

В 1973-75 гг наработки прежних лет ложатся в основу научных работ. Сотрудники филиала защищают диссертации – 2 докторские, 10 кандидатских.

При Барабаше у института появилась турбаза на Азовском море, садовое товарищество «Корунд» (в память о первом проекте) на левом берегу Днепра. В начале 80-х между двумя корпусами института было построено собственное кафе – здесь с танцами и угощением отмечали праздники. На территории института появился собственный теннисный корт и оздоровительный комплекс с сауной и тренажерным залом. Днепродзержинский филиал ГИАП вложил собственные средства в строительство корпусов санатория в Кисловодске – работники получали туда путевки.

В лучшие годы вместе со штатом опытных установок в ГИАПе работало более 1000 человек. Днепродзержинский филиал ГИАП стал генеральным проектировщиком Днепродзержинского, Горловского, Череповецкого азотнотуковых заводов, Одесского припортового завода. Проектировал различные производства для Московского коксогазового завода, Кирово-Чепецкого, Новолипецкого, Раздольского, Тольяттинского, Черкасского, Ионавского заводов и многих других предприятий Украины и бывшего Союза. Построенные по проектам института производства работают на территории всего бывшего СССР. На изобретения сотрудников выдавались авторские свидетельства СССР, патенты США, Франции, Чехословакии, Финляндии, Великобритании, Германии, Венгрии, Румынии, Польши, Словакии.

Специалисты института помогали осваивать химические производства в странах соцлагеря. Воспоминаниями о своей работе на Кубе с журналистом поделился Леонид Филиппович Хижниченко, до пенсии – начальник научного отдела УкрГИАП. Он участвовал в обследовании и подготовке проекта для запуска завода минеральных удобрений в городе Сьен-Фуэгос. Завод построили англичане. После кубинской революции он не работал – не было специалистов. Пытались запустить, но, фактически, угробили оборудование. Группа специалистов ГИАП работала на Острове Свободы зимой. На океанском пляже они встречали новый 1977 год. Сегодня завод в Сьен-Фуэгос опять заброшен.

Фотографии из личного архива Л.Ф. Хижниченко:

На заводе в Сьен-Фуэгос, Куба

Специалисты ГИАП встречают новый год на кубинском пляже

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Крепкая азотная кислота

В конце 70-х годов из ДХТИ в ГИАП перешел С.Ф. Хохлов (у него учился Барабаш). Хохлов работал над технологией получения крепкой азотной кислоты через кислоту промежуточной концентрации. Лабораторных данных не хватало для построения полноценной математической модели. Поэтому во дворе института построили опытную установку подходящего размера. В это же время в Японии произошла авария на производстве крепкой азотной кислоты – агрегат сгорел, как факел. Из Москвы пришел запрет на дальнейшие работы. Но Иван Иванович, под свою ответственность, разрешил продолжать. В результате, к середине 80-х годов в институте была завершена разработка собственной технологии получения крепкой азотной кислоты. Ее воплотили на площадке «ДнепрАзота». Уже готовилась государственная программа по переводу всех производств крепкой азотной кислоты в СССР на технологию Днепродзержинского института. Но грянула перестройка, а за ней всеобщий экономический развал. Больше нигде не удалось построить такую установку.

ГАС

В середине 70-х годов Советский Союз приобрел у западногерманской компании BASF технологию производства гидроксиламинсульфата (ГАС) (сырье для производства капролактама – искусственные волокна). Технологию передали Днепродзержинскому филиалу для усовершенствования. Над темой работала лаборатория под руководством Абиля Абасовича Мамедова. Технологию удалось сделать гораздо более эффективной, а главное – безотходной. Днепродзержинские специалисты запустили производства ГАС на Черкасском «Азоте» и в г.Рустави (Грузия).

Освоению производства в Рустави очень мешал языковой барьер. В один из приездов на предприятие Барабаш И.И. застал в центральном пункте управления невероятную картину: операторы, которым полагалось следить за показаниями приборов, мирно спали. И с ними невозможно было договориться – не знали русского языка, не читали инструкций! Процесс был немедленно остановлен – до аварии дело не дошло. Сегодня производство капролактама в Рустави не работает – остановлено еще в 90-х.

Технологию ГАС продолжали совершенствовать уже за собственные средства института, и в 1994 году лицензию на технологию приобрела германская компания «DOMO Caproleuna». Этому предприятию после объединения Германии срочно требовалось привести свои показатели в соответствие с западными экологическими нормами. Компания BASF – разработчик технологии – запросила за модернизацию огромную сумму. Через Москву руководство «Caproleuna» вышло на Днепродзержинский институт.

Когда немецких заказчиков возили в Черкассы смотреть действующее производство, специалисты тогда уже УкрГИАП предложили свои последние разработки. Немцы согласились. Они рисковали – эти разработки делались в лаборатории и не прошли промышленных испытаний. Но германские заказчики не прогадали – процесс успешно реализован и работает в г. Лейна.

Технологию патентовали в Индии, Польше, Словакии, документацию продали польской и итальянской компаниям, но производство больше нигде не удалось запустить.

Кроме азотной кислоты и ГАС, у института было много интересных разработок. Чтобы рассказать обо всех, нужно писать не статью, а книгу.

САПР

Одним из средств повысить эффективность инженерных разработок стало развитие вычислительной техники, так называемой САПР (система автоматизированного проектирования). В Днепродзержинском филиале ГИАП она начиналась в 70-е годы с сектора математического моделирования отдела автоматизации и механизации. Здесь первая группа разработчиков программ (Л.М. Котовская, В.М. Зарубин, В.А. Скабин, А.Е. Пицык, Н.С. Иванина, Н.А. Клименко и З.Ф. Мезенцева) работала с ЭВМ «Наири», созданной Ереванским НИИ математических машин. Кроме ЭВМ в отдел автоматизации и механизации входила светокопировальная мастерская. Заведовал отделом П.С. Рассолов. Вскоре САПР выделился в отдельную структуру. В 1982-83 гг собственными силами институт оборудовал на первом этаже научного корпуса машзал для ЭВМ ЕС-1032. Огромной вычислительной машине требовалась почти стерильная чистота и постоянная температура. Уже в 1986 году, когда отделом САПР руководил Скабин В.А.,  здесь принимали более совершенную машину — ЕС-1055. Для нее тоже сами строили помещение. В это время в САПРе работали 42 человека – программисты, расчетчики, группа электронщиков, обслуживавших обе ЭВМ, группа подготовки данных.

Результатом совместной работы технологов и программистов стал целый ряд собственных уникальных программ для расчетов сложнейших химических процессов и строительных конструкций. Сотрудники института писали программы для нескольких поколений вычислительной техники, они – непосредственные участники перехода проектирования с чертежных «кульманов» на мониторы персональных компьютеров.

Начало статьи читайте здесь

Окончание здесь

Читайте новости nashreporter.com в Facebook