История создания и разрушения института азотной промышленности в Каменском. Часть III

Окончание истории научно-исследовательского и проектного института азотной промышленности и продуктов органического синтеза (УкрГИАП)

В бурных волнах хозрасчета

В конце 1989 года правительство СССР прекратило финансировать строительство новых цехов на «ДнепрАзоте» и ОПЗ. Стройки законсервировали. У проектных подразделений института резко сократились объемы работ. Нужно было сокращать сотрудников. Начали с пенсионеров. Было издано положение «О вознаграждении работников, уходящих на пенсию по возрасту». Тем, кто уходил до 1 сентября 1990 г, гарантировалось вознаграждение в размере 12 окладов. А вскоре сокращали уже без всяких пособий. Закрылись лаборатории, занимавшиеся космической и оборонной тематикой – их тоже перестали финансировать из Москвы.

В это же время у других лабораторий появились хорошие заработки. Раньше для получения финансирования научных разработок составлялись заказ-наряды и планы работ, их защищали в Москве. Финансирование предусматривало скромные должностные оклады. С 1985 года разрешили заключать договоры с предприятиями напрямую. Наука начала приносить приличные заработки.

Удачным стало объединение лаборатории азотной кислоты, которой заведовала Наталья Борисовна Темная, с группой программистов и расчетчиков под руководством главного специалиста по азотной кислоте Владимира Михайловича Зарубина. Именно эта группа разработала программный комплекс «СКРЕПКА» для расчетов сложнейших производственных процессов. Сотрудники лаборатории разъезжали по всему бывшему СССР, брали на заводах пробы, делали анализы. По результатам их работы корректировался программный комплекс, выполнялись расчеты. Такой подход позволял предлагать заказчикам лучшие варианты модернизаций. В институт стали заходить большие деньги…

Государственный – не значит бюджетный

В 1992 году вместе с независимостью Украины пришла и независимость Днепродзержинского филиала от Московского ГИАП. Институт назвали УкрГИАП – Украинским государственным научно-исследовательским и проектным институтом азотной промышленности и продуктов органического синтеза. Подчинили Министерству промышленности Украины. Но государственный – не значит бюджетный. За годы своего существования в независимой Украине из бюджета институт не получил ни копейки.

Единственной поддержкой от государства была скидка на оплату за землю. УкрГИАП включили в Государственный Реестр научных учреждений, которым предоставляется поддержка государства (создан в 2001 г). Раз в пять лет приходилось доказывать свою научность в Киеве, сидя рядом с такими же «сомнительными» соискателями, как НПО «Южмаш» и институт Патона.

Долгое время выживать институту помогали личные связи на предприятиях бывшего Союзазота. Специалистов ГИАПа уважали. Но руководители на заводах менялись. Государственному институту все труднее было конкурировать на тендерах с отчаянно демпингующими фирмами-однодневками. После того, как на «ДнепрАзоте» начал хозяйничать один из банков, специалистам УкрГИАПа не стало ходу на предприятие, несмотря на давние связи. Когда в 90-е на «Азоте» был объявлен план по сдаче металлолома, в ГИАПе, пожалуй, лучше других понимали, что мимо института грузовики увозят не просто списанные новенькие агрегаты, а будущее завода, города, страны…

Наследие холодной войны – кому достались выгоды

После того, как независимая Украина избавилась от своего ядерного оружия, у нее оставалась существенная проблема. Специалисты называют ее кислотными меланжами. Это токсичная и агрессивная жидкость, необходимая для производства ракетного топлива. И такого «добра» на предприятиях Украины хранилось 16,5 тыс. тон. Его нужно было как-то переработать. За утилизацию меланжей американцы, в рамках конверсии, платили 12 млн. долларов.

Старший научный сотрудник лаборатории № 5 А.Б. Скворцов предложил  технологию переработки меланжей в слабую азотную кислоту, а из нее – в минеральные удобрения на мощностях «ДнепрАзота». Приезжали американцы и представители правительства. И.И. Барабаш предложил переработать весь украинский меланж на «ДнепрАзоте», а на полученные от американцев деньги организовать цех по производству кальциевой селитры – популярного удобрения. Но, оказалось, что деньги уже распределены. Украинские меланжи были переработаны в удобрения, но не у нас, а в Дзержинске (РФ). Правительству было не интересно развивать промышленность.

Начало конца

Институт не был приватизирован. Сперва из-за оборонных технологий, которыми здесь занимались. Когда вопрос о приватизации поднялся во второй раз, директор инициировал составление петиции в министерство. В петиции говорилось о стратегическом значении института для страны, не допускающем приватизации. Многие бывшие сотрудники УкрГИАП, с которыми общался журналист, считают, что истинной причиной появления петиции было нежелание директора делиться властью. Он уже привык все решать сам. После ухода на пенсию главного инженера, В. Н. Подосинникова, директор совмещал руководство институтом с обязанностями главного инженера. А в процессе приватизации необходимо было создать экономический совет и наделить его определенными полномочиями.

Заведующие лабораториями, приносившие в институт выгодные договоры, хотели участвовать в распределении прибыли, в определении направлений работы. Возник конфликт, в результате которого в 2001 году из института в полном составе ушла лаборатория азотной кислоты.Т.Б. Темная и В.М. Зарубин открыли свою фирму, которая, кстати, работает и сегодня. Через несколько лет уволились специалисты по катализаторам, очисткам и органическому синтезу.

Дольше всех, до 2008 года, продержалась лаборатория минеральных удобрений под руководством Ивана Даниловича Сергиенко (они тоже ушли полным составом). Научный корпус отключили от отопления. Гнить в холоде и сырости бросили большую библиотеку, забрали только некоторые книги. Очень быстро на фасаде научной части появились трещины, протекла крыша.

Институт пришел к тому, с чего начинал – сугубо проектные разработки и коллектив около 150 человек, собравшийся в самом старом здании. На фотографиях 2011 года здание науки и 3 верхних этажа над центральной проходной уже необитаемы, опытная установка во дворе сдана на металлолом.

Даже в самые непростые времена в УкрГИАП зарплату платили без задержек. Правда, была она очень небольшая и устраивала, в основном, работающих пенсионеров. Молодежь на таких окладах не задерживалась. Институт стремительно старел. Была попытка исправить ситуацию – директор предложил оплатить учебу в профильных вузах детям сотрудников, если молодые специалисты потом придут в институт. Несколько ребят действительно так получили высшее образование, но проблемы это не решило. В 2007 году опять сокращали сотрудников.

Под откос

В феврале 2009 г. коллективу представляли нового директора – Александра Ивановича Барабаша – сына Ивана Ивановича. Прежний директор оставался на должности главного инженера еще года два. О новом директоре в институте знали, что, получив образование инженера химика-технолога, на «ДнепрАзоте» он проработал недолго и ушел в частный бизнес. Несколько раз открывал свое дело, арендовал помещения в УкрГИАП, но все его проекты заканчивались скверно. После очередного фиаско, в начале 2000-х, Александр Барабаш попал на работу в Главное управление магистрального аммиакопровода (ГП УХТА) в Киеве. В 2008 году там началась очередная реструктуризация, место директора УкрГИАП оказалось кстати.

Коллектив принял директора настороженно, удивленно наблюдая показное несогласие отца и сына почти во всех вопросах. Но, поначалу все шло неплохо. Была организована испытательная лаборатория – ее специалисты в 2011-2013 годах выезжали на трассу магистрального аммиакопровода Тольятти-Одесса и при помощи неразрушающих методов контроля проверяли состояние трубы и изоляции, тогда же сотрудники строительного отдела были заняты на обследовании зданий и сооружений аммиакопровода. В 2013-2014 году в УкрГИАП объявили набор молодых специалистов. В институт пришли более 20 выпускников вузов. Им обещали карьерный рост и достойную зарплату…

Летом 2014 года в институте впервые на 3 месяца задержали зарплату. А потом появились представители прокуратуры. Они изъяли всю документацию по магистральному аммиакопроводу. Осенью 2015 года сотрудников отправили в отпуск за свой счет, ставший бессрочным.

Оказалось, что директор УкрГИАП переводил средства, полученные от ГП УХТА за работы на аммиакопроводе, на счета «субподрядчика» — ООО  «НитрохимИнжиниринг», учредителем которого являлась кипрская компания. «НитрохимИнжиниринг» сразу же переводило деньги на счета фиктивных предприятий, они обналичивались и присваивались группой лиц, в число которых входили люди из руководства ГП УХТА. А документация, выполненная специалистами УкрГИАП, выдавалась за работу «НитрохимИнжиниринг». Со счетов института были фактически украдены 60 млн. грн. За невозврат валютной выручки набежало штрафов около 20 млн грн.

Директор больше не показывался в институте. Согласно уставу, право подписи договоров было только у него. Выиграв тендер, УкрГИАП не смог оформить договор и лишился заработка, остался без средств. Потребовалось несколько месяцев названивать в министерство, чтобы там обратили внимание на отчаянное положение института. За неплатежи в УкрГИАП отключили электричество и воду. Люди увольнялись и подавали иски в суд с требованием возместить долги по зарплате. В конце концов Александра Барабаша уволили за нарушение обязанностей по контракту с министерством. Весной 2016 г назначили нового директора. Он пытался исправить ситуацию, но все его начинания добил иск от ГП УХТА в хозяйственный суд о признании ГП УкрГИАП банкротом.

4 апреля 2018 года хозяйственный суд Днепропетровской области удовлетворил иск. По решению суда долг УкрГИАП перед ГП УХТА с учетом всех штрафов и пени составил 79 579 073,92 грн. И это не считая долгов перед другими предприятиями и около 2 млн. грн. долга по заработной плате. Таких денег у ограбленного института не было. Суд назначил арбитражного управляющего – некого Д.Б. Клименко. Этот управляющий снял с института охрану. Тут же началось воровство. «Металлисты» разграбили обесточенную щитовую и трансформатор, вырезали батареи в оздоровительном комплексе, похозяйничали в научном и административном корпусах. Из управления «Укрхимтрансаммиака» прислали людей для упаковки технического архива УкрГИАП, его собирались отправить в Киев.

В конце августа 2018 года состоялось новое заседание суда, арбитражного управляющего заменили. Новый управляющий вернул охрану, приостановил отправку архива – еще нет законных оснований. Но это уже не спасет погубленный институт.

Сегодня в нем числится всего 9 сотрудников, 4 из них в декрете. Вид трех зданий по адресу ул. Горобца, 2 вызывает горечь и уныние. Журналисту рассказали, что ведутся переговоры о передаче мемориальной доски в честь первого директора института Свяухина В.В. в музей города.

Из Технического университета Каменского и вузов Днепра каждый год выходят молодые инженеры, но работать здесь им уже не придется. Такое ощущение, что город тоже ограбили.

На всех заставках к публикации — фотографии, сделанные летом 2011 года.

А теперь взгляните, как выглядел институт летом 2018 года:

Та самая дорожка к центральной проходной

 

 

 

 

 

 

 

Решетки с ливневой канализации украдены

 

 

 

 

 

 

 

А это механическая мастерская во дворе

 

 

 

 

 

 

 

Когда-то ухоженный двор и научный корпус

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Одно из помещений оздоровительного комплекса. Это был стоматологический кабинет

 

 

 

 

 

 

 

А это техническая библиотека в научном корпусе. Эти книги уже никому не пригодятся. Их даже брать в руки опасно — толстый слой пыли и черная плесень.

 

 

 

 

 

 

 

На месте прежней опытной установки можно снимать фильмы про постапокалипсис

 

 

 

 

 

 

 

Заброшенные лаборатории

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Воры пытались стащить металлическую вытяжную трубу, но не смогли. За многие годы там осел приличный слой химикатов. Потревоженная смесь так воняет, что находиться в помещении невозможно.

 

 

 

Под толстым слоем пыли на лабораторном столе книга «Применение статистики в промышленном эксперименте». Сегодня кого-нибудь в нашей стране интересует эта тема?

 

 

 

 

 

 

 

А это строительный отдел. В комнате остались личные вещи сотрудников. Люди до последнего надеялись сюда вернуться.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Из приемной директора украли мягкий кожаный уголок. А хрустальную вазу не тронули. Вышла из моды.

 

 

 

 

 

 

 

Мемориальная доска в честь первого директора института — Василия Владимировича Святухина. Всего 10 лет прошло с открытия.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

И еще пару фотографий фасада. Очень грустно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Начало истории читайте здесь

и здесь

 

Читайте новости nashreporter.com в Facebook